Здравствуйте, гость ( Вход | Регистрация )

  Рейтинг XXXXX

entry 29.6.2012, 18:11
Изображение

…Бью. Без жалости. Со всего маху - на этой железке может оказаться, повиснуть сама жизнь!
Ударами молотка якорный крюк надёжно углубляется в узкую заиленную темноту щели. Предыдущий крюк чуть ниже меня - самую малость - но уже внизу. А значит - страховка нижняя! Мама!

Трещин в скале вроде бы много - но как только нужно поставить фифу или вбить якорный крюк - нормальные щели куда то исчезают. Остаются либо широкие и бездонные, либо ненадежные, с каменной трухой и грязью внутри...

Изображение

Хлюпающее дребезжание заостренной железки сменяется высоким камертонным пением. Установка точки - процесс творческий. А творчество не терпит суеты. Находишь подходящую трещину. Подбираешь по размеру якорь. Якоря висят на карабине зубьями назад и вверх. В таком положении они цепляются чуть меньше. Но все же цепляются, подхватывая остро заточенным носом тело, одежду, самостраховки молотка, фиф, веревку, друг за друга! Особенно горазды этим якоря с маленькими верхними дырочками - не лезут в карабин и их приходится вешать за ножку, а значит, их торчащее жало будет смотреть вверх и цеплять вообще все подряд!

Изображение

Так вот, находишь трещину и снимаешь Г-образную стальную железку, заостренную с одного конца. ВщелкАешь в нее оттяжку: за оттяжку держать удобнее - пальцев-то всего пять на руку, а молоток тяжел, слеп и беспощаден! Да и щель обычно хоть и рядом, но где-то в стороне, в неудобной близости. Ставишь носик якоря в щель и начинаешь действо! Процесс забивания якоря как настройка гитары - непонятным внутренним чувством понимаешь - надо ли еще и сколько именно! И вот - удовлетворенно услышав нужный - высокий звонкий вой, понимаешь: "надёга!", и вщелкиваешь веревку. И лишь после этого, оказавшись пристрахованным к хорошей точке, вдруг замечаешь, что сердце снова начало биться, а легкие - дышать. А заполнявшая всю твою внутреннюю вселенную высота, пугающе бесконечная, вдруг расступилась. И над головой вдруг развернулось небо, а в нём – стремительно несущиеся облака, а за спиной вдруг оказывается море, в общем, вдруг появляется все то, что дополняя окружающей пейзаж, вдыхает в него истинную Красоту. От которой снова перехватывает дыхание – на этот раз от восхищения! Это красота, помноженная на высоту – у них квадратичная зависимость. Познать красоту природы, не плоскую, приземную проекцию мира, а настоящую, полную, трёхмерную, можно лишь с высоты, сквозь высоту!

Это еще не Морчека, теряющаяся в высоте поднебесья - это все лишь учебная стенка, да и вылез я невысоко. Но что значит невысоко - стена начинается так, где кончается склон, от сыпухи внизу, а высота – она от моря, которое далеко внизу. И глаза видят именно эту - огромную высоту! Очень красиво!

Учимся ИТОшить на фифах и скайхуках.
Фифа - это совсем не девушка, но тоже очень манерная и обманчивая штука. С непостижимым характером! Она может намертво стоять там, где стоять не на чем, и сорваться оттуда, где, казалось бы, очевидная надёжность.

Изображение

Скальная фифа - тот же стальной якорный крюк, только с ручкой, примерно как у жумара. К каждой фифе пристегнуто по 2 лесенки: короткая и длинная. Это только название - "лесенка" - на самом деле стропа, разделенная кольцами на отрезки. Ставишь одну фифу над головой, проверяешь и, затаив дыхание, ловишь крючком крюконоги кольцо одной - как правило, длинной лесенки. Крючок у крюконоги под коленом. Колечко лесенки - в районе пупа. Эквилибр! Поймав кольцо крючком, совсем не дыша, затаив даже биение сердца, начинаешь грузить лесенку. Фифа может бесстрастно молчать. А может вдруг предательски захрустеть. А может изогнуться дугой - если грузишь ее чуть в сторону – ведь большинство щелей – наклоные, и находятся в стороне.

У нас с Лехой крюконоги и лесенки, купленные на www.krukonigi.com - продуманно скроенные и добротно прошитые. У некоторых сокурсников - красноярские - товар, привлекающий главным образом, ценой. Но скупой платит дважды - красноярские крюконоги и лесенки рвутся, зашиваются, снова рвутся… Как с такими ходить? Порой отстреливают скайхуки, порой срываются фифы – но что б рвалась крюконога – это совсем обидно. А главное – страшно!
Прав Серёга: «снаряга - последнее, что должно подводить».

Изображение

Итак, встал в нижнее кольцо. Следующую ногу убираешь с предыдущей фифы - проверенной стоянием и потому - такой надежной. Вторую ногу ставишь на соседнюю лесенку повыше первой. В идеале - выше на одно кольцо. И тут же, пока не улез высоко и пока еще можешь дотянуться, вынимаешь нижнюю фифу: расшатываешь её за ручку, пока она не соизволит велезти, и кладешь ее клювом назад в карабины в поясе. Где нет щелей, но есть микрорельеф или дырки - "лезешь" на скайхуках. Скайхук - крохотный металлический треугольник с загнутым носиком. Носик в рельеф или дырку - широкая часть - в упор. Изнутри из середины - петля для лесенки. Вот и вся теория ИТО.

Но дьявол кроется в мелочах. Например, если самостраховки фиф или скайхуков вщелнуть непосредственно в кольцо системы, то при срыве тоненькие репшнурки лопнут – и скорее всего случится «потеря снаряжения на маршруте» - слова, истинный ужас которых осознаешь на высоте. А если самики прищелкнуть к страховочной веревке - то они будут по ней скользить, вся мотня будет путаться. Поэтому важно закрепить карабин самостраховок на страховочной веревке - например, резинкой. И тогда при срыве тоненькие самики фиф выдержат. И фифы останутся, не улетят в бездонье стены. Мелочь. Но важная. Серега учит таким мелочам. Важным. О которых не всегда додумаешься внизу, но которые реально помогают наверху, облегчают, оптимизируют.

Переходишь на новую лесенку освободившийся скайхук вешаешь на шею. Фифу на шею вешать жутковато - может проткнуть своим клювом насквозь - их только клювом назад в карабины на системе.
Порой процесс доставания предыдущей фифы из нижней щели тянется дольше всех следующих этапов - подъема по лесенке и поиска новой щели под следующий шаг. И как назло застревают они в самых неудобных положениях! И так бесконечное, бессчетное число раз - лишь установка точек страховки дополняет чередование фиф или скайхуков.

В погоне за скоростью Серёга рекомендует вставать даже в ручку самой фифы или в карабин скайхука - выигрыш - сантиметров 20 по высоте - 20 сантиметров - порой решающих все! Ведь именно их может не хватить до следующей удобной щели!

Шагать по лестницам нужно сразу - каждой ногой через одно кольцо. Хотя хочется потихонечку, подставляя ногу невысоко, не вылезая на самый верх, к ручке фифы. Но топтание на месте лишь жрёт минуты, на протяженном маршруте оборачивающиеся потерянными часами и даже днями.

Теория теорией, а на деле с непривчки страшно. Неведомы пределы устойчивости крюков и фиф. Как, поймав первый снегопад на летней резине, едешь тихонечко, по миллиметрам нащупывая пределы возможностей руля - одно чуть более смелое движение рулём и занос гарантирован. И кто там знает, куда занесёт…
Поэтому нащупываешь эту мнимую устойчивость, осторожно и невысоко подставляя нижнюю ногу к верхней, не перешагивая. Медленнее, но мнимо спокойнее...

Хотя и эта медлительность - не панацея от срыва. Как девушка, согласившаяся пойти на свидание - так и фифа, выдержавшая первый шаг - ничего - абсолютно НИЧЕГО не означает. Девушка может не прийти или оказаться глубоко за мужем, а фифа, быть может, держалась за малейшую песчинку, оторванную плавным движением или некстати отдавшимся в ногу эхом биения затаившегося сердца... И... Никакого доверия - одно слово - "фифа". Ведь все неспроста...

Скай-хук срывается со звуком выстрела советского пневматического ружья "Иж". Всегда резко и всегда неожиданно. Серёга рекомендует класть на скайхук ладонь, что бы он не отстрелил в лицо. Фифа же, хлюпнув в трещине, чиркает скалу. И ничего не успев понять, уже висишь коленом на предыдущей фифе, или на ближаейшей точке страховки, или... Нет! Никакого другого "или" быть не должно...
Но иногда бывает. Лёха Романов словил отстреливший фишхук головой - каску пробило, но до головы не достало. Лёха - человек, как говорится, отчаянной храбрости. Мне даже страшно смотреть было, когда он взял их в руки - как Капитан Крюк из ПитерПена - огромные рыболовные крюки!

Вообще, процесс лазания на скайхуках похож на передвижение на фифах. Разница в том, что ищешь не щели под клювы фиф, а дырки для дырочных скайхуков и бугры для рельефных. С дырами проще - ножки скайхуков как циркулем, очерчивают полукруглые следы - видишь дужку - в центре окружности дырка! Даже если ее не видно - ставь хук - она там будет! Обязательно будет!

Изображение

С рельефными скайхуками труднее - ведь казалось бы надежная полочка - сантиметровой толщины, а она отслаивается вместе с куском скалы размером с небольшую книжку. И летит вниз, к страхующему! И тут же ощутимо неприятный рывок в колено! Или в поясницу. Особенно отличается отламыванием рельефов черный cassin'овский крутозагнутый скайхук - угол у его крючка такой, что острие давит не просто вниз, а как бы от стены – и отрывает куски монолита!

... Стою обеими крюконогами в самых верхних кольцах, упираясь коленями в одну из наших новеньких, необмотанных мягкой изолентой, и потому таких неудобных фиф. Вылез над якорным крюком - страховка уже нижняя. Страх нижней страховки - пока непреодолимый, и до сих пор не преодоленный мною страх. Мое скалолазание упирается в него, как лбом в стену. Боулдеринг прёт! Прёт на кураже - пробую, где и когда не уверен. Порой получается. И так постепенно, по миллиметру раздвигаются границы возможного. Но нижняя... Как только осознаешь , что при срыве не просто подвиснешь, а улетишь, провалишься в пустоту, будто кипятком ошпаривает! Уходит не то, что кураж - даже то, что вполне по силам, кажется нереальным. Тело сковывает страх и неуверенность. Так проявляется паника. А паника - путь к ошибке. Или ступору. Я все это знаю. Понимаю. Каждый раз стремлюсь этот страх забороть. И каждый раз с нижней так и случается – ошибка или ступор. Паталогическая трусость!

Стою на одной фифе, второй шарю вокруг по скале. Ни одной подходящей щели! Парни до меня лазали - всем хватало. Мне же... То, что есть - кажется совсем уж ненадежным! Шарю, проскребаю все окрестные щели - ничего нет! Вдруг фифа что-то цепляет в глубокой и тесной неизвестности трещины. Дергаю. Вроде держит... Отпускаю руку и отстегиваю молоток - надо бы для уверенности подбить фифу поглубже! Звенит... Вроде надёга... Ну, с богом! Поднимаю колено почти к груди и прикладываю к нему кольцо лесенки. Крючок крюконоги упирается в кольцо, начинаю вставать. Лесенка натягивается струной.... Щас отстрелит! Нет! Выдерживает... Стоит. Вроде стоит... Ура! Х-х-хрум!

- Срыыыыыыыыыв!
Истошное раскатистое и истерически бесконечное "ы" в крике "срыв", мгновенье невесомости, рывок в колено и вот, вишу вниз головой: ушла, зараза! Ушла! Как знал! А может, это материализация негативрых мыслей... В общем, к фифам доверия никакого! Как и к точно также забиваемым якорям. Парни лазают и укрепляют навыки, привыкают к тому, что крючья и фифы стоят на рельефе. У меня почему-то реакция обратная! Не верю! И с каждым разом не верю все больше! Один из девизов курса: "на ИТО. Можно пройти все" у меня трасформируется в "на ИТО нет доверия ничему!"

- Вован, давай!
- Мы в тебя верим!
Ага! В меня верят! Не смотря ни на что! Эх, парни, видели бы вы, как у меня трясутся руки и ноги! Я же в себя не верю. Каждое движение - напряжение душевных, психологических сил. Каждое движение - протискивание себя сквозь кисель панического, сковывающего страха. Напряжение сил. А они не бесконечны. И если забитые мышцы восстанавливаются за день отдыха, то с головой все тоньше и неодназначней...

Снятся во сне вылетающие фифы, после которых падение в бесконечность с тягучим ужасом ожидания удара и... Фух! Снилось! Это был лишь сон! Но смыкаются глаза и снова: срыв, падение, щас, щас будет удар... А… Снова сон! Дух живет своей жизнью, по своим, не подвластным разуму законам. Он отдыхает, набирается сил только во сне! В глубоком, расслабленном покое сна, в его толще, глубине. Сон и явь - как поверхность моря. Можно нырнуть глубоко, так, что бы все, что бы все, связанное с поверхностью, стихло, померкло, ушло. А когда лишь едва касаешься поверхности, даже не до конца окунувшись в мелководье усталого забытья - какой уж тут отдых? Какой уж тут дух?.. Растягиваешь усталое тело на неровных, осязаемых костями сквозь тощую пенку, камнях, и вроде бы и рад уснуть - но снова не сон, а дурман забытья: крюк, срыв, пробуждение. Так же будет потом - после полулежачих - полувисячих ночевок на стене Морчеки, когда во сне шаришь рукой: самострах... карабин... замуфтован... пристрахован... надежно... А-а-а! Где самострах? Щас свалюсь с этой стены! Просыпаешься в палатке в диком ужасе: естественно, без системы и самостраха! Не сразу осознаешь, что на земле, что не на стене, что падать некуда, что все хорошо. Успокаиваешься. И снова по кругу: каска... Каска? Каска! Уронил?.. Как же на стене без каски, если стена простреливается и периодически слышишь неожиданные чиркания камней по скорлупе каски... Нет! Я ж уже внизу! Опять сон!

- Вован, давай!!!
- Да. Сейчас!

Да. Сейчас! Бью крючья чаще, чем ставлю фифы! Матерюсь как сапожник! Но это не со зла - со страху! Самые глупые слова и поступки возникают со страха!
Так конечно, крючья закончатся быстрее. Но так спокойнее. Парадокс трэда - можно закладываться чаще, чем на пробитом маршруте! И поэтому спокойнее. Если, конечно, хватает здоровья таскать столько железа. Но что-то, а таскать тяжести я умею! Не быстро, но бесконечно...

Учебных дорожек для лазания на фифах четыре.
В идеале нужно пролезть каждую. Реально - пролезть бы одну! Лезу самую короткую - правую! Неведомая, самодельная база где-то наверху. Издали кажется, что невысоко. А со стены... Трещин становится все больше, щели все шире и глубже. И вот, монолит сменяется разрухой! Убираю фифы, которым нет веры, и дальше лезу свободным лазанием, пусть в кроссовках - здесь рельеф простой - зато на надежных руках, привычным способом, в знакомой стихии, проверенными пальцами, которые - тут я точно знаю - выдержат! К рукам доверие есть! Это ж не фифы - тут точно знаешь, за что взялся!

Отвисаю корпусом влево, на правой руке. Ноги в неудобных ботинках (хотя назвать клееные-переклееные лапти ботинками - сделать им комплимент) стоят на каких-то откровенных соплях. Пальцами ног впиваюсь в рельеф сквозь дыры протертых насквозь подошв. Левой рукой пытаюсь воткнуть в щель маленький камалот. Нет, слишком мал, надо другой. Кое как достаю с противоположного бока другой, побольше. Вот, этот расклинился вроде. Вроде надежно. Ну, теперь можно и дальше. Вылезаю на гребень и бегом к базе. Хрен с ней, со страховкой - отсюда я не упаду! Хоть и надо страховаться не там, где страшно, а там, где опасно, в жизни получается наоборот…

Изображение

Вот. Станция - 4 сблокированных петлёй якорных крюка, забитых чужой рукой. Как они пели в момент забивания? Тем ли высоким голосом надёжности?.. Один как будто бы вбит в труху. Ну, остальные три точно выдержат! Как говорит Серега про шлямбуры: "один вырвется, второй вырвется, но на третьем точно останешься" Хватаюсь в карабин станции как хватается тонущий в спасательный круг - мертвой хваткой. Никакая сила меня не оторвет от этого карабина - даже если трактором будут дергать веревку - скорее гора завалится! Второй рукой вщелкиваюсь. Всё! Я это сделал!

- Самострах!
- Понял!

Я это сделал. Лишь один раз. Но сделал - то чего не мог. То, что вряд ли смогу еще - вылез с нижней всю трассу целиком! Но для меня это уже победа. По идее, из таких побед должен сложиться весь курс, логическим итогом которого должно стать восхождение... Но восхождение... К восхождению я совсем не готов – и сама мысль о нём вводит в отчаяние.

Курс Сергея Нефёдова "Big wall + ИТО" состоит из 3-х блоков. Первый блок - скайхукинг + жумаринг. Второй - хождение на фифах и страховка на якорях. Третий - восхождение на Морчеку. Это вызов. Мы его приняли. Теперь надо дойти. До конца.

Первые три дня в объятиях холодного дождя и тумана изучаем первый блок - жумаринг и скайхукинг. Оттачиваем на напарнике навыки страховки - один срывается, другой его ловит. Ловит мягко, протравливая через шайбу много гудящей веревки.
Жумаринг получается лучше всего. Оно и понятно - нет нижней страховки. Прямо хоть в бэйс иди - с лидирование проблемы, а баулить - сколько хочешь!
Изучаем разные способы жумаринга в зависимости от рельефа. Крюконоги с лесенками - универсальная вещь, незаменимая для жумаринга. Очень продуманы - не надо никаких резиночек для придерживания лесенок - над крючками есть петельки для карабина - лесенки можно пристегнуть кольцами, удобно регулировать длину: пристегиваешь карабинами к крюконогам лесенки, а их - в зависимости от способа - в жумар и/или кроль - и вперед! Гребешь ногами, вставая на лесенках, а руками лишь придерживаешься и передвигаешь вверх жумар. Есть, как говорится, нюанс в движении ног - ногой нужно давить не просто вниз, а как бы назад, за спину, стопой от себя. Тогда руки совсем не грузятся. Пока учился, пока искал это движение ногой - руки забились, потому что каждое движение - подтягивание как на турнике. Как только разобрался с ногами - руки перестали болеть!

Второй постулат курса: "любой навык можно улучшить". Оттачиваю все виды жумаринга: нога-нога, нога-рука, нога-пузо. Каждый способ имеет свои преимущества в зависимости от рельефа: на лежащем положилове способом нога-нога бежишь как на лыжах, на вертикали нога-рука позволяет не тратить лишних сил, а вися в пустоте - способ нога-пузо - кроль движется сам - очень эффективно!

Главное - правильно подбирать длину лесенок, что бы движение было с одной стороны, эффективным - не топтаться на месте, с другой стороны - нужно всегда мочь до всего дотянуться.

Пробую и запоминаю длину лесенок и самострахов для жумаа и кроля. Получается. Вроде. Это потом, на высоте, с баулом, на жаре, в тисках усталости, страха и жажды, начнутся затупы и ошибки - в рафинированности учебного склона все получается четко и слаженно!

Скайхукинг. С дырочным скайхукингом затык - лезть нужно с нижней вдоль шлямбурной дорожки. Дырки находить получается, но нижняя веревка... Опять психологическое изнасилование мозга!

Рельефный скайхукинг осваиваем с верхней - тут я герой! Ставлю скайхуки на мизера и откровенные сопли, нащупываю пределы их возможностей, пробую, лазаю вверх и траверсами, пробую, срываюсь, снова пробую... К сожалению, зябкий дождь порой обрывает занятия.

Вообще, погода в первые три дня дает нам прикурить. Такого "летнего" Крыма не было, даже на новогодние! Стоит сырая, по-осеннему холодная погода. Теплых вещей минимум. Спальник Deuter, t экстр -3. Поддался на провокации продавцов! Говорили: «новый мега лёгкий и мегатеплый утеплитель»! Ничего себе! Промерзаю до костей, просыпаюсь от того, что туловище трясет от холода, а конечности немеют! Промерзаю насквозь - жду утра, что бы начать шевелиться: движение - это всегда тепло! Утром, согревшись в пробежке к туалетному камню, буквально чувствую, что внутренние органы холоднее воздуха снаружи - невольно вспоминаются:
"раньше я летал на "Ту", мог и эту, мог и ту. А теперь на "Су" летаю - ссу на снег, а он не тает"!

На ночь влезаю в спальник, потом натягиваю на ноги рюкзак - благо, Рэдфоксовский Лхотзе Лайт всеми своими 80-ю литрами натягивается до подмышек. Туловище сверху накрываю дождевиком - тоже слой какой-никакой «теплоизоляции», и выдыхаю только внутрь спальника. Спать становится заметно теплее! Но, как говорится, ожидание смерти хуже смерти – в предвкушении холодной ночи мерзнешь еще сильнее, чем в самой холодной ночи! За ужином начинаю зябнуть. До дрожи. До трясучки. В голове вечером лишь одна мысль - что бы еще надеть, чем бы еще накрыться. Холод - определенно, лучший спутник страха!

Спасение приходит неожиданно - Гульнара оставляет мне свой оранжевый пуховый спальник! С таким можно хоть в сугроб ложиться! Начинают сниться сны! А еще Сергей Ковалев (Симеиз, экипировочный магазин "Кошка") дает мне гостевой спальник! Холоду - решительное НЕТ!
Ко второму блоку курса начнет теплеть. Но цену этому теплу познаешь лишь помёрзнув.

Изображение

Параллельно с дневными занятиями по вечерам проходят тренинги по сборке платформы на стене с последующей ночевкой в ней и разборкой утром.
В первый вечер учимся вешать платформу над входом в пещеру, где прописаны мы с Лёхой! На земле в первый раз получается не очень складно!

Изображение

На следующий день устанавливать платформы лезет Лёха Романов! Уходит на закате. Обвешанный железом. Нужно сначала сделать станции, потом провесить перила, затащить и собрать платформы и только тогда лечь спать. Нам, «зрителям» под стеной делать нечего, клонить в сон. Уходим спать и ее долго сквозь сон слышим удары молотка. Так это подло и в то же время приятно - в сравнении с кем-то понимать, КАК же тебе хорошо!
Засыпаю! Потом окажется, что парни сделали станции, провесили перила и переночевали на стене! А в лагере пропадут печенькиicon_smile.gif

Следующий вечер - наш с Лехой Крымовым черёд ночевать в платформе.
Обреченно берем спальники, горелку с каном, еду, воду и два баула - шкуру. Кости платформы Black Diamond. Валеру увезли в Ялту лечить подвёрнутую ногу - поэтому в неразборной платформе Дима ночует один - везет: одному там не так тесно!

Темнеет. Леха уходит на жумаре первым. Через пять минут из сумрака высоты доносится

- Самострах!
- Понял!

Теперь жумарю я - со скарбом: домом, кухней и едой. Монтаж платформы удобнее, если два человека разнесены по разные стороны - от базы протянута веревка на пару метров траверсом. Лёха с одной стороны – я с другой.
Итак, понеслась! С жумаров переходим на гри-гри - так удобнее регулировать свое местоположение по высоте. Гриша хоть и автоматическая – но я блокирую веревку автоблоком к ножному обхвату системы - так спокойнее.

Вешаем на центральный карабин верхнюю пластину тента платформы - тут главное как с батарейками - не спутать полярность: wall side - air side. Вщекнули, замуфтовали. Проверили муфту. Достаем немного конуса шкуры и Леха ныряет туда, в конус ткани с головой - пристегивать жерди скелета.
Трубок много, но все назажены на тросик, ничего не должно улететь, но гремит сильно. Собираем прямоугольник днища. Тут важно, что бы все трубки состыковались до упора - иначе потом что-нибудь обязательно встанет наперекос.
Дальше - ключевое движение - вставить дно под конус тента и совместить все углы. Серега нас предупредил: системы нет - порой все встает, порой приходится долго мучать. Мы с Лёхой нашли способ - дно собираем «на живую», не затягивая - такая хлипкая конструкция легко влезает в тент и всегда есть возможность разомкнуть трубы и состыковать их уже внутри тента. Когда все собрано, начинается процесс затягивания дна, регулировки наклона платформы и, наконец, все готово - вщёлкиваешь самострах в вершину купола платформы и устало садишься задом в платформу и, свесив ноги в темноту ночи, переводишь дух.

Изнутри объем платформы делится подвесной системой на 2 половины: лежим вальтом. Под куполом – гроздья развешана снаряга, каски, ботинки – все! Пол зыбкий, тряпичный. Под полом метры высоты - но внутри уютное ощущение земли под ногами! Привычное и такое приятное ощущение! Зе-мля!

В неразборной платформе ночевать хуже - нет строп подвески - лежишь, а от края отделяет лишь парашютка тента... Всю ночь держишь самострах в сжатых руках!

Готовка пищи в платформе требует слаженности и понимания друг друга с полуслова. Это с джэтбойлом удобно - кан пристыкован к горелке и намертво закрыт крышкой. Для обычной горелки и кана нужно одно дыхание на двоих: живая платформа, куча ног на полу, и посреди всего - неустойчивая гудящая пламенем горелка и раскаленный кан еще более неустойчивого кипятка!

Изображение

Платформа однослойная - все дыхание конденсируется и стекает по стенкам к лицу. Не представляю, как в ней зимой - вчера мы собирали платформу внутри сырого промозглого облака. Эх, на собственной озябшей шкуре узнаешь разделы "Авиационной метеорологии" Бабикова - относительная влажность, точка росы, конденсация... Хотя в образование облаков - процесс тепловой, обратный испарению, а значит, сопровождаемый выделением теплоты, ни хрена этой теплоты не ощущается!
За эти дни мы уже привыкли к постоянному холоду и к тому, что на теле ни одной сухой и теплой нитки. Собираешь платформу, а фонарик выхватывает из темноты клубящуюся морось холодного "пара" - мельчайших клубящихся капелек! Засыпаем - платформа сырая. Просыпаемся - сырая. Готовим - снова испарина на стенках!
Зато как приятно проснуться в платформе солнечным утром дня отдыха! Когда садишься утречком, свесив ноги в тридцатиметровую пропасть и шевелишь пальцами ног, нежась в теплых солнечных лучах. И никуда не спешишь, никуда не опаздываешь!

Изображение

Первый день отдыха после первого блока (скайхуки + жумары) пролетает стремительно! Не успеваем спуститься, влезть в маршрутку, поесть в симеизской "Домашнкй кухне", заклеить прохудившуюся обувь и купить продукты, как снова надо уходить под Морчеку - суровый подъем сначала по лесу, потом по камням. В первый раз в день приезда мы плутали тут полночи и, глядя на исполинскую Морчеку, даже чуть не прошли мимо - благо, Серега проснулся и встретил - от бессилия и усталости хотелось уже просто лечь в любом месте, где можно поместиться лёжа, но манящая близостью Морчека звала подойти ближе... Теперь, после нескольких дней ходьбы за водой времени на дорогу уходит гораздо меньше. Да и сама дорога кажется дорогой, а не кучей камней.

За водой ходим к кранику в запотевшей от холода трубе за карьером. Часа за полтора можно обернуться - если не сильно подрываться. Но лично я в горах, да и не только, ничего не могу делать быстроicon_smile.gif

Спустившись к Зубу по камням, нужно идти мимо бульдозеров, по пыли (либо жиже - в зависимости от погоды) Порой ловим на себе недобрый взгляд сторожа. Еще бы - в бортжурнале Морчеки есть запись: "уважаемые работники карьера! Прошу прощения, но я не нашел, как глушится экскаватор!"

Пока мы барахтаемся на учебных склонах Зуба и Расчески, Серега пробивает трассы и мультипитчи на Зубе. Думаю, район имеет неплохую скалолазную перспективу: новенькие вентовские шлямбуры, разнообразный рельеф, близость подхода и моря. Надо будет сюда как-нибудь съездить!

После второго блока (фифы + баулинг) на день отдыха уходим в Симеиз с вечера. Я в смятении. Баулили с Валерой больше 6 часов - в 2 раза дольше остальных! На фифах ходить панически боюсь. На Морчеку даже смотреть страшно!

- Вован, не надо себя ломать. Не ходи - парни тебя поймут!
Прав Леха. Не ходить. Не пойду.

Парни - это Дима с Валерой. На второй блок занятий Серега перетасовал пары - целеустремленного Лёху Крымова ставит в связку с опытным Лёхой Романовым. Мишу сдернули на работу - и он на восхождение не идет. Саша с Антоном - схоженная связка, за плечами большой опыт. Дима и Валера - горные туристы. А я типа "скалолаз" - им для усиленияicon_smile.gif

Не ходить. От этой мысли на душе становится спокойно, как-то до противного спокойно. Струсил... Отвожу глаза от парней - но я действительно боюсь! И лазания с нижней, и срывов, и восхождения, и… Бог знает чего еще!

Но беда в том, что, боясь, я все равно хочу идти! А-а-а! Ну куда мне от себя деться! Ну ведь все просто: хочешь - иди. Страшно - не иди. Но когда всё одновременно - куда деваться? Так становишься заложником у самого себя. И восхождение не по силам. И на земле оставаться не могу. Идет борьба, брожение... И чем все кончится?..

Вечер в уютной комнате теперь совершенно не радует - надо на что-то решаться.

- Не пойти на стену, не готов. Объективно - не готов! - скептический голос разумного.
- Да, да, не ходи - вторит набухший страхом инстинкт самосохранения.
- Не получается - и не надо! Соглашается малодушие...
Но из другого угла тут же шипит любопытство:
- Когда? Когда еще будет такая возможность?
- Давай, рискнем, а там поглядим! - присоединяется к нему азарт.
- За этим же ехал! И что, сдался? Сдулся? Тряпка! - бубнит загнанная в дальний угол гордость...

И снова:
- Нет! Не надо ходить! Мало ли что!
- Надо! Надо! Ведь хочется же!
- А вдруг крючья вылетят?
- Дык можно и рюмкой водки захлебнуться!

А-а-а! Как же мне быть!!!

... А собственно, чего я терзаюсь! Сегодня спим на кроватях, не на камнях. Надо радоваться, а не терзаться! Сегодня можно сколько хочешь раз мыть руки и лицо! И даже все тело! Кстати!!!!

- Вован, нам Марьиванна обещала шампунь оставить...
- Вроде да, Лёх...
- Нету! Постой, есть средство для мыться посуды, можно им мыться
-Ну-ка, чё за средство... Не допускать попадания на кожу... Стремно. Лёх, я в магаз за гельдлядушем!

Окунаюсь в вечереющий Симеиз. Сезон почти начался. Пьяные гоп-компании. Ухающий тунц-тунц-тунц откуда-то из недр. Таксисты. Бомжи. Застольная песня из "Домашней кухни"... Магазин.
Девочка берет в магазине 2 пива. Куда ей столько...
Стою в очереди на кассу. Народ затаривается на ночь: Хортица. Инкерман. Массандра. «Била ничь»... Один я как дурак с бутылем шампуняicon_smile.gif Боже! Как же люди сжигают драгоценные дни отпуска, да что там отпуска - жизни!

"И захожу я со скольженьем
Что аж мурашки на крыле!
И я гляжу со снисхожденьем
На тех, кто ходит по земле"

…Блин, откуда все это вспоминается? Откуда я все это знаю? "Тех, кто ходит по земле", "те, кто ходит по земле", прям заело…
Как же мне быть? Когда и остаться нельзя и идти нельзя...

- Э, стой!
- Стоять!

Едва стоящая на ногах группа "отдыхающих" - "тех, кто на земле..." - скучает н пытается до меня докопаться...
Блин, откуда ж они берутся, эти гопники... Дуреют люди от скуки, от безынтересности, ровности жизни… Нет, надо все-таки попробовать... Хотя стрёмно... Я почти решился!

Утро следующего дня - дня отдыха - как и в первый раз, встречает нас солнцем! Сидим у крыльца нашей комнаты - безделье тоже бывает разным. Бывает безделье, которое разрушает, бывает – которое восстанавливает. После ударной второй трёхдневки мышцы просят покоя. Тело как манекен - как марионетка с оторванными веревочками - безвольно и бессильно - принимает форму любой опоры - лишь бы не держать себя и дать покой. Но внутренние, психологические пружины у всех на взводе - это ощущается по насупленным взглядам, по пристальному, сосредоточенному молчанию, по взглядам, устремленным в это бездонное небо... Молчим. Каждый об одном и том же...

- Вован, там на каждой станции есть шлямбуры!
-... Да... Да? Да!!!

Весы решения, до этого лихорадочно качавшиеся из стороны в сторону, а вчера не до конца склонившиеся, вдруг окончательно заваливаются в сторону "идти"! Это надежное слово "шлямбур"! От него веет какой-то жизнеутверждающей мощью! Хотя крымские шлямбуры - это совсем не всегда те блестящие надежные проушины - порой это поеденная ржавью самодельная жестяночка-дюралечка, прибитая к скале не менее ржавым дюбелем, выгибаемая под нагрузкой. В такие "шлямбуры" и не всякий-то карабин влезет... Конечно, Серега чистит маршруты от старинного железа, пробивает маршруты новыми шлямбурами, это важное и нужное дело - но это лишь капля в море крымских скал...

Шлямбуры! Да, их там вроде нет - есть только вбитые в скалу спиты - но прикрутить к спиту проушину - это не проблема, точнее, это не такая проблема, как доверить жизни всей связки базе на якорях....
На душе почему-то становится тепло, просто и понятно.... Шлямбуры! Пойду! Сразу становится легче - любое, даже самое трудное решение лучше подвешенной неопределенности! Булгаковские "Трусость - самый страшный порок" я бы уточнил - нерешительная трусость!

Спускаемся от церкви в "Кошку", докупаем петель. Блин, че же был бы Симеиз, если бы в нем не было "Кошки" - не скалы – одноименного магазина! Хотя, это больше чем магазин. Это экипировочный центр! Где и купить можно то, что некстати улетело вниз, или протерлось до дыр. И разузнать подробности о маршрутах.
А можно просто прийти к СВОИМ - повертеть в руках замысловатую конговскую железяку, гадая, спусковуха это или страховочное icon_smile.gif чем было бы скалолазание здесь, в окрестностях Симеиза, если б не Сергей Ковалёв? Чем был бы Симеиз? В предпоследние дни, живя под Форосским Кантом, спускались в Форос. Там нет "Кошки" - и поселок сразу превращается в обычный унылый в своем однообразии курорт.
Серега дает свой гаечный ключ - крутить проушины! Отдаю предоставленный ранее спальник. Когда Серега мне его только давал, он сказал:
- Бывает, людей обкрадут – они, в чём осталось, к нам придут - стараемся помочь - вот, спальник дадим...

Возвращаю спальник с чувством благодарности. В моменты, когда в жизни все идет наперекосят, и кажется, нет веры людям, в людей, нужно вспомнить о таких, как Сергей Ковалев - отзывчивым, настоящим Людям! И на душе сразу станет легче! Жизнь сразу обретает главный потерянный ориентир - веру в добро!

Листаю прокопченный кострами том Достоевского - в лагере почти над костром сделана книжная полка. Тут и Достоевский. И обрывки Акунина. И связка Playboy'ев и Maxim'ов - их, в отличие от Акунина взять на растопку не решились. И еще самое интересное, самое главное – «Бортжурнал Морчеки» - ветхие исписанные руками восходителей страницы. Известных и не известных, знакомых и не знакомых. Журнал завернут в несколько полиэтиленовых пакетов - и все равно выглядит древнее, чем летописи приснопамятного монаха Нестора!

Завтра на стену. Как перед боем - сосредоточенная атмосфера - вчитывание в описание маршрута, вглядывание в истертую карту с линией - полосочкой на бумаге, которая сквозь десятки метров высоты приведет к затаившемуся шлямбуру или не видной снизу полочке.
Лежу на лавке. Сон не идет. Комары залетают прямо внутрь спальника и противное "з-з-з" где-то в районе уха раздражает. Хлопаешь себя ладонью по голове, ну, думаешь, пришиб гада. Ан нет – гад снова жужжит у самого уха, если еще не внутри его! Блин, скорее бы наверх! Нет хуже вещи, чем ожидание! Ночное ожидание утра, когда деть себя абсолютно некуда! Разве что опять увязнуть в жалкой речи Мармедадова и депрессии Раскольникова... Вот уж никогда б не подумал, что буду добровольно читать Достоевского - школе всё нравилось, всё давалось: физика, геометрия, георгафия… всё – кроме русского и литературы – у не мог я ни читать то, ни писать о том, что надо было читать и что надо было писать...

***

… Прошли сутки с момента напряженного листания Достоевского. Вечереет. За день Валера с Димой обработали первые две веревки. За день - это с полседьмого утра. Борют третью веревку.

Вишу на станции над баулом - уже давно вишу. И записываю то, что произошло - записывать - оно отвлекает от сиюминутных переживаний и дает возможность подумать о главном... Или вспомнить о былом. В общем, если просто висеть на стене - это томительное ожидание. Если достать блокнот и ручку - это становится созерцанием.

Этот день начался так давно, что кажется, это было вчера. Вчерашний вообще не кончался - только я убрал "Преступление и наказание", как в палатке Валера зашуршал Валера, и чуть позже загремели каны, загудела горелка, зашевелился, начал отходить от тяжелого сна лагерь.
5 утра. Понедельник. Даже на работу встается легче! Хочется, что бы все уже произошло, закончилось и легло в памяти интересным приключением - но до этого столько всего надо пережить….

Тело еще на земле, но все мысли там - в бесконечности высоты Морчеки. На автомате без аппетита закладываю в себя кашу. Мелькает мысль - если бы не восхождение, может быть ощутил бы ее, каши, вкус, сладость... А так затолкал горячую жижу и дальше, словно робот - затягиваю систему, развешиваю карабины, проверяю длину самостраховок. Полезу еще фиг знает когда, но не забыть нужно именно сейчас. С такой тщательностью снаряжение одевается и подгоняется не часто. По-моему, я вообще этого никогда так дотошно не делал - обычно одел на автомате систему, ввязался и полез. А тут каждую пряжечку проверяешь - правильно ли вставлена, заправлена, затянута ли...
Серега знал, что старт у нас будет затяжной - первые веревки у всех тяжелые. Что у нас на "Змейке", что у Лёх на "Sky way'е", что у Тохи с Приматом на "Центре". Даже уезжающий Миша, страхуемый любящими руками жены, борет первый питч "Мачомбы"! Как её всю Нефёдовы пролезли свободные лазанием…
В общем, учитывая наши реальные возможности Серёга недостающую снарягу обещал подвезти к 9-ти утра. А для нашей связки мог бы и к послеобеду!

Разборную BD'шную платформу тянут Лёхи. Антон с Сашей тащат красную, неразборную. Мы втроем – Валера, Дима и я – планируем ночевать на полке. Серега говорил, что там есть большая полка, настолько большая, что влезет палатка... Снизу глядя на эту монолитную стену не очень то верится, не то, что палатку - зад бы уместить на тех гипотетических полках "Змейки"...

Изображение

Валера стартовал в 7 часов 40 минут утра.
Солнце, решив отыграться за непогоду первых дней, накаляет сковороду стены. Внизу, под деревьями пока комфортно, так, по мелочи комары да муравьи, а температура комфортная, стена не пышет жаром. Но дальше, выше крон деревьев - каменная вертикальная выжигаемая солнцем пустыня. Считанные деревья, как сказал Серега, вправе иметь имена - так их мало...

Первая веревка. Почти боулдеринговые движения. Только точки свои. И стена альпинистская.

Срыв! Валера улетает, но крючья держат намертво!

Я бы после такого срыва день бы в себя приходил, но Валера лезет!
Я на страховке, Дима на баулах, вновь и вновь сверяет стену со схемой. Справа бьет крючья Миша. Жена на страховке. Еще правее оба Лёхи на Sky-way’е и Тоха с Приматом рубят Центр!

У всех нас, кроме Миши, путь туда, за перегиб и к небу...
В глубине души появляется малодушная зависть: "Ему сегодня домой!Везёт!!!!" Что это? Страх? Теперь уже вроде поздно бояться... Я ж за этим сюда ехал. Я ж на это решался только дней...

11:40 - долгожданное: "Самострах!" К полудню готова первая станция. Сменились - Дима пожумарил на верх, вытягивая за собой третью веревку.
Что бы не мешать страховать, я с баулами буду на станцию ниже. Поэтому пока на земле... Снова ждать!

Дима начал лезть вторую. У меня в часах барометрический высотомер - можно засекать высоту между станциями - h. Так вот - первая веревка – h = 44м.

Валера лез 4 часа.
Парни весь день на стене - я под стеной на тюках - жду, когда надо будет жумарить.
Сходил в лагерь - по настоянию Сереги взял еще одну пятилитровую баклагу воды - теперь у нас их три - пятнадцать литров живительной, сладкой и такой ценной влаги. На троих, на три дня – совсем и не верится, что мы пройдем всю "Змейку" целиком за два.

Да, если б я знал, что послезавтра, когда мы вылезем на Яйлу, у нас останется ровно 3 глотка воды! А ведь сейчас, под стеной, подтаскивая баулы к стене, я ненавижу эту воду - самое тяжелое, что у нас есть. И самое ценное - нет ценней вещи на голой каменной стене, чем вода!

Ожидание. Без начала и конца. Ожидание - благодатная почва для сомнений. Глядя на теряющуюся в облаках вершину, это ожидание лишь нагоняет жути... Опять возникает вопрос - туда ли я иду. Колет занозой обманчивое ощущение еще не до конца ускользнувшей возможности "слиться", отступить назад, на исходную, подальше от этой пугающей стены. Но точка возврата, Vпр уже позади - пройдена в момент старта Валеры – стартует первый – стартует связка. Вылезает последний – связка финиширует. Теперь нет ничего, что касалось бы «я», только «мы», наш организм теперь состоит из 3-х несамостоятельных, взаимозависимых элементов. Все касается троих, все, что естся и пьется, все, на чем спится, лезется и чем страхуется - взято из расчета на троих. Кинуть все это на двоих - просто нечестно, неприлично! И главное – невозможно. Путь вниз теперь только через верх.

Снова далекое и гулкое: "Самостраховка!" еще 36 метров по вертикали, итого - они уже в 80 метрах надо мною!

- Повтори!
- Са-Мо-Стра-Хов-Ка! - громким распевом доносится сверху голос Димы.

Лёхи лезут выше, но их голоса как-то ближе кажутся... Может от того, что туда мне не лезть...
Как будто это какие-то чужие голоса - такими они кажутся далёкими...
У страха глаза велики, а уши - сквозь вату.

Значит, сейчас мне! Так не хочется. Этот самый последний момент перед Первым Шагом. Когда на экзамене начинаешь отвечать - и с удивлением вдруг понимаешь - что говоришь, что оно само, и как будто слышишь себя со стороны. И совсем не страшно. На удивление не страшно - даже интересно! И легко! Вот. Вот сейчас они мне крикнут. Вот прямо сейчас...

- Вован, давай!
- Понял! Пошёл!

Понял. Теперь все. Сейчас. Ну, с богом! Пошёл!

В очередной - теперь, надеюсь, последний раз проверяю муфты карабина на жумаре и кроле. Баул ко мне пристрахован - всё, на земле теперь не останется ничего, что напоминало бы о нас - все наше или уже наверху, последнее сейчас уйдет вместе со мной.

Ну вот и все, прощай, Земля! Прощай привычная, надежная горизонтальная среда обитания! Дальше только стена. Только мир вертикальных поверхностей, висячей жизни. Лидировать я так и не решился - буду баулить - хоть какой будет толк!

Перильная веревка под моим весом начинает динамить - несколько шагов жумаром и кролем, топчась по земле. Веревка звенит струной. Вот, в очередной раз сев на жумар, поднимаю ноги и кроль и встаю на них, опираясь уже на крюконоги и не касаясь земли - пошел в набор! Еще несколько шажков и оживает баул - привстает все выше и выше... Рывок самостраха баула и - я снова на земле - сложившись с моим весом, вес баула опять растянул веревку до земли - снова ногами на земле... Жумарить длинную веревку - это сначала долго топтаться на месте, придерживая невесомый остаток веревки, стремящийся подняться вместе кролем или жумаром.

По считанным сантиметрам, шажок за шажком отталкиваюсь, продвигаюсь вверх, как Ил-86 - огромный самолёт-слон, что после отрыва по милиметрам наскребает высоту - Как говорят - "за счет кривизны земной оверхности"...

И вот день клонится к концу. Работается третья веревка.
Я на первой базе - висячей. При этом длина моего самостраха чуть меньше длины самостраховки баула - не хватает сантиметра, что бы усесться и не висеть - ведь в висе так затекают ноги.

Наконец, снова: "Самостраховка!"
Третья база- h 26м от предыдущей, от земли 106 метров. По прямой - с изгибами побольше! Гораздо побольше!

Лезут дальше. Совсем свечерело. Прикидываю высоту - если до темна обратотать еще веревку, то нашей динамики (60м) и двух статик (50 и 60) хватит, что бы оставить перила, дюльфернуть, переночевать на земле и утром зажумарить по ним наверх. Несколько часов висения на первой базе заставляют содрогаться от мысли, что если не найдем полку, то так, прорезая ногами систему, придется ждать утра... И тут же гнилая мыслишка: ведь если ночевать на земле, завтра можно и "сойти" с маршрута. Что за бред? Нет! Надо лезть! Уже ведь все решил!

- Мужики! Темнеет! Не хотелось бы висеть - давайте еще веревку и вниз?
- Нет! Ночуем на стене!

Блин, ночевать… Хоть бы не вися! После первых двух длиннющих и очень технически сложных веревок (которые я ждал на земле) рельеф упрощается - становится проще. Дима лезет с фонариком - вторые две веревки проходятся значительно быстрее!

3-я станция - уже не висячая. А когда стоят ноги - это совсем другое ожидание, другая степень враждебности окружающего мира и после долгого висения это другой - особый комфорт - ты стоИшь! Надо будет вспомнить в переполненной электричке о том, как это приятно просто СТОЯТЬ ногами на земле, на горизонтальной поверхности!

Пропустили сеанс связи - снизу слышу крик и свет фонарика:
-Змейка! Змейка! Почему на связь не выходите?
Серёга! Подошел под стену проверить нас. А ведь от нашего хода периодически слетают камни, под стену лучше не ходить. Голосом кричим, что все нормально - рация как всегда там, куда лезть далеко.

Четвертая база - h 24 м, итого от земли 130 м.
Время 21:45. Итого 130 метров. За 14 часов. 130 – это по отвесу. В реальности, учитывая, что трасса идёт змейкой, наверное, все 150!
Глядя вверх, с ужасом думаешь - сколько же нам еще. И тут же успокаиваешься - начало у трассы - самая сложная часть. Ну что ж, посмотрим.

Дима с Валерой натягивают "скользячку" перила между двух станций - на нее развешиваем все железо. Я разобрал три станции - на мне уже ощутимо болтаются якоря, оттяжки и петли, плюс инструмент, жумар/кроль, реверса, горсть карабинов - каждый предмет по отдельности ничего не весит, но все вместе становится тяжкой ношей. Оттягиваемая баулом система прорезала на животе раны до крови.

Изображение

Но когда на стене - на это внимания не обращаешь - замечаю только сейчас, при свете фонарика - и тут же оно начинает саднить!
Валера берет у меня гришу и с фотоаппаратом дюльферяет чуть в сторону и ниже:

Вован, ничё, если фотоаппарат будет ночью щелкать?
- Ничё!

Изображение

Валера тащит огромный фотоаппарат, снимает из самых невообразимых мест. Ставит на ночь таймлапсы - спишь, а фотоаппарат периодически снимает ночное небо. Потом получаются бесподобно красивые фильмы. Смотришь - и завораживает! Но за каждым ракурсом, за каждым кадром стоят сотни метров таскания тяжелого аппарата, объектива, штатива. Искания и нахождения места, вида - тогда, когда просто хочется остановиться, поесть и уснуть! Валера на стене с 7:40. Сейчас почти 23:00 - и он держит в руках фотоаппарат, снимает!

Дима греет воду - на ужин кан карпюра и килечка - братская могила покореженных рыбьих телец в кроваво-томатном месиве соуса - отрада будней горного туризма! Вроде бы килька и килька - но тут как с магдональдсом - начинаешь есть и остановиться уже не можешь. Еще по куску сыра, ароматнейшей копченой колбасы, шоколадка и чай из одной на всех кружки. В целях экономии веса из сервиза взяли один кан, с ним миска не нужна, одну ложку. И одну кружку. Поэтому прием пищи - процедура очерёдная - протралил ложкой и передаешь теплый кан в усталые руки товарища.

Полнолуние - луна, сначала огромная, похожая на мандарин, а потом, набрав яркость и высоту, отсвечивает холодным неоном дорожку. На уровне глаз - тонкий слой чёрных облаков. Над ним - небо! Бесконечное небо, с сочной полосой Млечного пути - как в атласе звездного неба - в Подмосковье виден лишь неровный ковш, все его тусклые звездочки на пересчет - тут же поражаешься яркости, сочности бесчисленности звезд и туманностей...
Снизу с шоссе доносятся редеющие звуки машин. Откуда-то из бездонья побережья, из другой вселенной - пляжно-курортной – волнами наплывают звуки музыки, мелодию не разобрать - только ритм. И какой-то вращающийся прожектор крутит по исполинской груди Морчеки гигантские пятна света.

Ложимся. Валера – лежит в спальнике на пенке. Лежит, скутившись креветкой – целиком тут не лечь. Дима - свернувшись калачиком, накрывается палаткой. Парни рубились весь день – им нужно отдохнуть. Им – лучшие места. А я, положив пенку на полочку, как в кресло, пристегиваю второй самострах к базе, ноги сую в спальник, на голову капюшон, все молнии, вентиляции - все закрываю. Под копчиком что-то рельефно-неудобное, какой-то камень… Но, главное - не вися, это значит – по любому комфортно! Протираю чёрные от веревки пальцы, вытаскиваю контактные линзы, натягиваю поглубже каску, складываю руки на груди, вокруг самостраха, и тут же засыпаю...

Сон - процесс циклический: забываешься, начинаешь видеть сон... Тело тем временем сползает... Все приятно, все хорошо... Вдруг: самострах! Подрываешься, щупаешь - вот он, родимый, в станции примуфтован! Опять поглубже утраиваешься в полке и снова тебя обволакивают облака сна... И снова по кругу!

Изображение

Рассвет! Довольно сильно прозяб - ногам в спальнике тепло, а все остальное остыло и не хочет гнуться! Но ничего - сейчас начнем двигаться, кровь разгонится, как горячая вода по батареям, и разгонит холод!

Время около 6:00. Над нами белесое бесцветное небо - не облака ли?.. Нет, просто его синеву еще не оттенило солнце. Как ни странно - чувствую себя отлично выспавшимся - что б я так на работу хоть раз проснулся!
Опять горелка, кан, еда из рук в руки. Недолгие сборы и снова - в путь! Вверх! В сторону синего неба! Погода нас теперь балует! Солнышко и без дождя. Похоже на Крым, на первые дни календарного лета.

Стартуем утром, по холодку! Сивевато-белёсое море плавно переходит в бесцветное небо - границы не видно - казалось бы - небо - а глядишь - корабль идет - значит еще море!
Мы уходим левее, в сторону огромной расщелины, поросшей плющом. Снизу ее не видно - вся Морчека кажется сплошным монолитом, но эта расщелина есть - вроде бы пещера "Медовая"... Вообще-то, говорят, раньше из Морчеки вытекала река - этот, расходящийся на стометровой высоте каньон похож на старое русло.

Изображение

Порой мы еще слышим голоса ребят, но они уходят все правее и выше, а мы остаемся все ниже, забирая левее... Как же все-таки человеку нужно чувствовать, что он не один! Слышать чей-то голос - далекий, уже неразличимый на слова - но живой, человеческий... Человеку нужен человек!

9:00 - Самострах!
Валера вылез на последних крюках! База. Веревка 23 метра, итого 153 от уровня старта... А сколько до уровня моря? Не абстрактно отвлеченного уровня моря, а этого, самого осязаемого спинным мозгом уровня то самого моря, которое видишь глазами. Метров 400!

База на дереве - живой сосне, вгрызшейся мощными корнями в скалу - надёга!
Следующая веревка - h - всего 10 метров - 10 каких-то жалких метров высоты, но это траверс. Над землей 163 метра. Сначала думаю прожумарить два раза – с каждым баулом по очереди.
Первый отрезок – пара метров вверх-влево и за дерево к полке - еще ничего. Но дальше, вдоль полки с баулом между ног дико неудобно - баул катится вбок вдоль полки, а кроль лишь мешает идти ногами, путается с крюконогами.

Отстегиваю крюконоги и ногами иду по полке с баулом, перебирая руками кроль и жумар. Дальше хорошая полка-полость, над которой, за нависающим карнизом, наклонная полка - снова надо жумарить несколько метров. Выше - база и страхующий Валера. Подойдя под карниз, начинаю снова жумарить, не касаясь стены. Баул, оторвавшись от земли, раскачивает натянутую до звона веревку. Очередной шажок и веревка издает ужасающее: "бздын-нь!" - и я резко осыпаюсь на несколько сантиментов - неглубоко, но ощущение, что веревка перебилась об острую грань скалы, мгновенно прорезает мозг обреченно-опустошенной мыслью: "ну вот и всё..."

Изображение

Ох уж эти траверсы на положилове - адова вешь! На нависании жумарить совсем нестрашно, но когда веревка на лежащей стене со звоном спрямляется под нагрузкой, когда она упирается в острые мизера - а ты снизу это видишь, ощущаешь... Да даже и не срывы веревки - просто карабин на разгруженном жумаре, когда передвигаешь его выше, вдруг провернется, встанет боком - а под нагрузкой чуть ли не с хлопком опять встанет по главной – длинно оси - мгновенье падения в пропасть, пусть даже сантиметровую... Страшно! Но куда теперь деваться? Поэтому прошу порой - мужики - есть вторая если веревка - бросите конец - подстрахуйте!!!

Веревка, сорвавшись, упирается в новую острую грань - снизу выглядит, как будто ее передавило на половину или даже больше... Снизу полка, плавно переходящая в вертикальную бездну. А сверху веревка, подгружаемая тяжеленным баулом. Страшно! Вставляю баул в реверс, снимаю жумар и дюльфером спускаюсь с баулом под карниз.
Оттуда спускаюсь еще ниже, к дереву, за вторым баулом - Валериным 100 литровым рюкзаком. Поднимаю и его и подтаскиваю под карниз, туда, где лежит баул. Потом вылезаю вверх, на станцию порожняком, без вещей (шаги даже не ощущаются, как будто тело без баулов веса не имеет!). Пропускаю веревку через карабин, ставлю на нее жумар и отталкиваясь ногами по очереди вытаскиваю баулы – всё, как на учениях, только без протрекшена.

Нас потом спросят: "чего ж вы тащили баулы, чего не вытягивали их сверху?". Конечно, можно сказать, что не было своего проктрекшена, что "Змейка" - неспроста "Змейка" - извивается периодическими траверсами и тянуть было бы не везде удобно. Но главная причина - не хотели висеть гроздью на одной станции - 2 человека, один - страхует третьего, два баула размером с человека - было бы неудобней. Да и учитывая, что я не лидировал - надо ж было меня "пригрузить".

Учимся жить, пить, есть, спать, отправлять естественные надобности в непривычном вертикальном мире. И он честнее и логичнее. Сила притяжения тянет туда, куда нельзя. Вниз. К надежной земле. Но надо туда, куда тяжело. Куда каждый шаг - вопреки всему: гравитации, высоте, привычности... Высота - это значит, что любой отпущенный предмет улетит вниз - быстро и навсегда. Порой улетает. Поэтому альпинист должен уметь обходиться малым: нет реверсы - дюльферять И страховать можно узлом UIAA, жумарить можно на пруссике, а на самострах пойдет своя же веревка, завязанная стременем.

Изображение

Да, обходится малым нужно уметь. Но хочется лезть с комфортом, поэтому потеря снаряги - табу! Часть железок имеет тонкие самострахи, другие отпускаешь только надежно закрепив на системе или станции. Такой концентрации внимания на вещах внизу не бывает. Внизу берешь предмет просто, не задумываешься даже, что он может упасть - ну, упадут ключи под ноги - поднял и все. А когда о чем-то не задумываешься - оно и не происходит. Здесь же, на высоте любое падение - безвозвратно. В лучшем случае что-то найдется под стеной - потом, после маршрута. А так - пиши - пропало!

Высота меняет наше представление о комфорте - мнимое представление, основанное лишь на привычке и некоем "социальном стандарте". Это не плохо - беда в том, что окружая себя комфортом, мы перестаем его ценить, воспринимаем, как само собой разумеющееся. Перестаем радоваться тому, что есть, забывая, что и этого могло бы не быть или оно может исчезнуть в любой момент. А жизнь надо ценить! И тогда в ней будет больше светлых моментов! Стена быстро вправляет, калибрует систему ценностей: глоток воды, полочка под ногой, надежно вбитая станция и кусок ясного неба: Господи, спасибо, что все это есть!

В системе, какая бы удобная ни была, долго не провисишь. Предприимчивый Леха раздобыл у Сергея Ковалева сидушку. Но это исключение - остальные на вертикали, как правило, висят, пережимая вены ножными охватами. Внизу не ценишь возможности стоять. Просто стоять, не висеть, не вжиматься в стену, не упираться в нее затекающими ногами - просто стоять - это счастье. Но спросите об этом людей в утреннем метро - ценит ли кто-то из них свое настоящее счастье?.. Если повезет - на висячей станции можно сидеть верхом на висячем бауле - это очень удобно. Главное - разобраться с длинами самостраховок. И, о чудо! Ноги перестает жать и вообще, эта проклятая система не пилит кости, не давит спину - её вообще как бы нет! Если есть полочка и можно сидеть - это удобнее, чем на бауле - мегаудобно! А если есть, где свернуться калачиком и уснуть - это вообще, верх комфорта! Любой баул, полочка, дерево под ногами или задницей дарит это ложное ощущение почвы под ногами, привычное ощущение надежности. И пусть эта полка через несколько сантиметров оборвется сотнями метров пустоты - это уже не важно, ведь под тобой - твердыня. Ты не висишь над пустотой – ты сидишь, стоишь, находишься на полке! И смотришь вниз уже как с балкона - расслабленно и любуясь пейзажем!

Высота меняет восприятие ценностей, точнее, учит отфильтровывать то, что действительно важно - ведь в жизни успеть можно лишь главное - либо размениваться на второстепенное... Внизу есть место второстепенности - наверху ее просто нет - остается лишь главное.

Парни рубятся на 7-й веревке. Я их не вижу. Совсем один - жду лишь команды.
Один. Одиночество... Так одним словом можно описать, что происходит. Лидер лезет новую веревку, второй страхует его со станции. Я вишу с одним или двумя баулами на предыдущей - что бы не мешать, не допускать скученности - два человека, баулы, веревки... Между лидером и страхующим есть постоянная взаимосвязь - веревка, страховка. Один творит, лезет свою веревку. Второй ассистирует, прикрывает, сопереживает, соучаствует. Идет постоянный диалог, пусть незамысловатый, пусть стандартизированный, скупой на слова:
- выдай!
- понял!
- повтори!
- внимание!
- самостраховка!
- перила готовы!
Вот, не считая мата, почти и весь лексикон - даже поменьше, чем у Эллочки Людоедки, но сколько за этими словами стоит, сколько происходит... Грани жизни и смерти, возможного и запредельного, страха и решимости...

Изображение

Парни работают, сопереживают, творят: находят щели, загоняют в них фифы и якоря, по сантиметрам набирают, отвоевывают у гравитации высоту. Это - настоящая РАБОТА на стене. А я вишу один, гораздо ниже, почти ничего не видя и не слыша, раздавленный переживаниями, высотой, варясь в бульоне размышлений и наблюдений. И лишь ящерицы, муравьи и ласточки разбавляют мое одиночество.

Стена живая! Жизнь кипит повсюду - и в 20 метрах над землей, и в двухстах! Вдоль крохотных щелей, в сотнях метров над землей, в слое облаков снуют деловитые муравьи, тащат какие-то ошметки - куда там наши баулы - в пропорциях муравьев я бы должен был тащить не баул, а затаренный грузом железнодорожный вагон! При этом бегом и без страховки! А дерганные ящерицы бегают вверх-вниз, по нависаниям, вверх тормашками, как будто бы намекая: "людишки, куда вы прётесь?! Тут не ваша - тут наша стихия - ВЫСОТА! Тут надо уметь держаться!"

Да! Слаб человек! Пальцы не предназначены, что бы на них висеть часами всем телом. Руки... Шаги на стене - это подтягивания и приседания. Сколько могут подтянуться руки - десятки раз. А веревки измеряются сотнями. Ноги посильнее: правильно жумаря, можно двигаться за счет ног быстрее и дольше. Но ноги без скальников мало на чем держат. Но самое слабое место - голова, мыслительные процессы во враждебной среде высоты - поединок извечного "зачем" и такого же вечного "интересно"... Ласточки легко ныряют в пропасть - для них это родное: высота неба и бездна скалы! А человеку эта среда чужда. Да и сама высота - это настолько разное состояние. Одно дело - высота из башни в центре Москвы.

 
« Предыдущий · Voffka's Блог · Следующий »
 
ВПВСЧПС
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30




 
Rambler's Top100